Акции "Игр на стероидах" рухнули на 40%: инвесторы сказали "нет" допинг-олимпиаде
Согласно данным, опубликованным порталом swimswam.com, на момент составления отчета цена акций компании колеблется около отметки в 3,19 доллара. Этот показатель стал антирекордом за всю историю присутствия бумаг на бирже. Для сравнения: еще недавно, в период максимального ажиотажа вокруг идеи «спорта без правил», 52-недельный максимум достигал 14 долларов за акцию. Падение более чем в четыре раза от пиковых значений сигнализирует инвесторам о глубочайшем кризисе доверия.
Enhanced Games позиционировали себя как революционный проект, призванный бросить вызов устоям традиционного спорта, который, по мнению основателей, «задушен» допинг-контролем и бесконечными правилами. Главная «фишка» турнира — полное отсутствие антидопинговых ограничений. Участникам официально разрешено принимать любые препараты для улучшения результатов, что и подавалось как «честная игра без лицемерия».
Однако первые соревнования, состоявшиеся в Лас-Вегасе 24 мая, вместо триумфа принесли создателям шквал критики и финансовое фиаско. Рынок отреагировал мгновенно: увидев, как реализуется эта концепция на практике, акционеры предпочли выйти из игры, зафиксировав убытки.
В турнире принял участие российский пловец Евгений Сомов, который сумел завоевать две медали: серебро на дистанции 100 метров брассом и бронзу на 50-метровке этим же стилем. Выступление Сомова было техничным, но именно оно отошло на второй план на фоне главного скандала вечера, связанного с «мировым рекордом».
Греческий пловец Кристиан Голомеев показал на дистанции 50 метров вольным стилем результат 20,81 секунды. Этот официальный, по версии организаторов, «мировой рекорд» вызвал бурю споров в профильных кругах. Во-первых, возникли вопросы к полиуретановому костюму Голомеева, который по своим гидродинамическим характеристикам значительно превосходит экипировку, разрешенную FINA (ныне World Aquatics). Во-вторых, эксперты и зрители заподозрили манипуляции с хронометражем — секундомер, зафиксировавший это время, не был сертифицирован международными спортивными организациями.
Организаторы обещали баснословные призовые: за мировой рекорд был объявлен бонус в размере одного миллиона долларов, а за победу в любом виде программы — 250 тысяч долларов. Однако именно эти щедрые посулы, вероятно, сыграли злую шутку с бизнес-моделью EG. Провал с капитализацией в 800 миллионов долларов ставит под вопрос выплату этих средств атлетам.
Инвесторы, вложившиеся в «Игры на стероидах», рассчитывали на высокий зрительский интерес и рекламные контракты. Однако реальность оказалась суровой: вместо ожидаемого медийного фейерверка проект получил репутацию «цирка с сомнительной арифметикой» и допинговым дном. Котировки акций, упавшие до 3,19 доллара, отражают именно этот разрыв между маркетинговыми обещаниями и реальным продуктом.
Падение акций более чем на 40% в первые минуты торгов — это нетипичная для биржевого рынка паника. Обычно столь резкие движения происходят при раскрытии информации о мошенничестве или неизбежном банкротстве. Для Enhanced Games ситуация осложняется тем, что их продукт — это проведение соревнований. После того как первое шоу закончилось скандалом вокруг секундомера и костюма, а мировое спортивное сообщество дружно осудило идею «стероидной олимпиады», перспективы второго сезона выглядят призрачными.
Аналитики полагают, что если в ближайшие дни цена акций пробьет психологическую отметку в 3 доллара, может начаться лавинообразное падение, способное полностью обнулить капитализацию проекта. Для российских болельщиков ситуация остается двойственной: с одной стороны, медали Евгения Сомова — это успех спортсмена в тех условиях, которые ему предложили, с другой — участвовать в подобных турнирах для атлета из большой спортивной державы означает ставить крест на возвращении в официальные старты.
Фиаско Enhanced Games — это, возможно, самый наглядный урок современному спорту: даже огромные деньги и эпатаж не могут отменить главные ценности — честное соперничество и равные условия. Биржа сказала своё слово, и оно оказалось жестче любого антидопингового комитета.
